«Перед судом истории». 1964

Автор телеграм-канала «Под лёд» Святослав Павлов пишет: 

...Знаете, что самое крутое в советском «Перед судом истории» [«Ленфильм», 1964]? Что последовательный русский националист Шульгин НЕ ПОКАЯЛСЯ. То есть, бегает вокруг белого человека красная обезьяна и заламывает руки. Картинно выбегает на балкон, устраивает бабские истерики (самое смешное, что «советского журналиста» в фильме изображает реальный чекист). А интеллигентный имперский дедушка спокойно и не без удовольствия выносит оппонента в одну калитку. Между делом. «Выиграли вы Гражданскую, выиграли. Успокойтесь уже. Вот — водички попейте. Может отпустит». «Перед судом истории» — это как раз пример дешёвой пропаганды, которая провалилась. Надо сказать, крайне занимательный пример. Так что обязательно посмотрите. Фильм, кстати, был в советском прокате всего три дня. Потом его сняли — это был полный провал. 

Комментарий автора телеграм-канала «Историк-алкоголик»: 

Пару мыслей вдогонку. Режиссёр фильма «Перед судом истории» Фридрих Эрмлер — один из главных новаторов советского кино 1930-х годов, в Гражданскую служил в ЧК, по собственному признанию не знал тогда, как правильно пишется слово «расстрелять», поэтому каждый раз писал его по-разному, надеясь, что из 4-5 вариантов, которые приходили в его голову, хоть один да правильный. Эрмлер всю жизнь был убеждённым большевиком, «Все мои фильмы политические!» — любил говорить он. Узнав, что Шульгин ещё жив и находится в СССР, Эрмлер побежал в ЦК с идеей снять «художественный расстрел» Белого дела, старой России, поставить Шульгина к стенке, но не перед расстрельным взводом, а перед киноаппаратом. Когда Эрмлер впервые встретился с Шульгиным, Василий Витальевич долго на него смотрел и сказал: «Вы очень бледны, вас надо беречь». Для режиссёра эта сцена была страшной, по его словам, он как будто встретил апостола Петра. И не был далёк от правды. Фильм выпустили на экраны в 1965 году, вскоре Эрмлер слёг и умер в 1967-м. Шульгин был старше Эрмлера на 10 лет и умер на 10 лет позже. Апостол Пётр пережил своего палача. Общая задумка фильма проста. Несколько воспоминаний Шульгина, построенных в диалоге с неким советским историком. Каждый раз историк громит дряхлого контрреволюционера фактами и беспощадной логикой. Эрмлер совершил только одну непростительную ошибку, которая перевернула фильм, из-за чего его сняли с проката и не показывали до 90-х годов, он разрешил Шульгину самому писать свои реплики, естественно в общей сюжетной задаче фильма — оправдываться и признавать правоту оппонента. Но этого было достаточно. Шульгин уничтожил своего кино-оппонента, режиссёра, фильм и всю советскую культуру в их лице. Посмотрите, это диалог разных цивилизаций, Шульгин говорит по-русски, все слова понятны, но это другой язык, не тот, на котором говорит его собеседник, как будто Петроний Арбитр беседует с дакийцем, владеющим варварской латынью. Шульгин буквально издевается. Это так бросалось в глаза, что в конце фильма пришлось доснять и искусственно вставить ещё одну финальную реплику Шульгина, которую явно писал не он, с признанием, что большевики всё делают правильно и на благо России. Впервые жертва чекиста Эрмлера, хоть и стояла у стенки, но отстреливалась, причём весьма удачно. Поэтому в самом конце пришлось всё же связать руки. 

• См. дополнительно «Перед судом истории. Василий Шульгин»