Виберемо главу і легалізуємо анашу. І відразу заживемо. Украинская кастрюля полна новостями
25 октября на территориях процветающего бандеризма (т.е. на Украине) пройдут очередные и первые местные выборы. Одновременно. Под очередными выборами подразумевается традиционное голосование за кандидатов в мэры, голов сельских и поселковых советов, под первыми — то, что укроиньцы впервые будут избирать депутатов в советы всех уровней от общин.
«Украина на пороге местных выборов и новых вызовов
Страна, в некоторой степени объединённая победой «слуги народа», начинает вновь «расползаться» по политико-географическим признакам.
25 октября на Украине состоятся местные выборы, которые завершат оформление новой системы власти, начатое в ходе президентских и парламентских выборов в прошлом году. В современных условиях разворачивающейся в стране децентрализации, а также существующей нестабильности политической и социально-экономической системы местные выборы представляются маркером происходящих в стране трансформаций и определяют архитектуру политической системы, равно как и характер политической жизни Украины на последующий период.
Вопросы президента и местные выборы: где связь?
Несколько дней назад Зеленский объявил, что одновременно с местными выборами будет проходить специальный опрос населения по пяти, с его точки зрения, важным для украинского общества вопросам. Зеленский предложил вопросы, касающиеся создания на Донбассе свободных экономических зон, роли Будапештского меморандума, ужесточения наказания за коррупцию, легализации лёгких наркотиков в медицинских целях, сокращения числа депутатов Верховной Рады до 300. Казалось бы, какая связь между этими вопросами и региональными выборами?
Вопросы носят, до некоторой степени второстепенный или же символический характер. Конечно, в определённом смысле вопрос о легализации лёгких наркотиков в медицинских целях важен, поскольку касается облегчения страданий больных людей. Можно даже увидеть в самом вопросе определённое указание на то, в каком направлении мыслит власть, с точки зрения построения медицинской системы, либерализации общественных отношений. Но является ли этот вопрос настолько важным сегодня, чтобы так широко обсуждать его? Он служит, прежде всего, для привлечения молодёжи, у которой он может вызвать очевидный интерес, на избирательные участки; а именно молодёжь — важнейшая составляющая электората Зеленского. Кроме того, в адрес молодёжи направлено и обращение президента на «ты», в духе кампании «Слуги народа».
Что касается вопроса о сокращении численности депутатского корпуса, то его уже задавали украинскому избирателю при президенте Кучме, но, несмотря на поддержку общества, в итоге трансформация Верховной Рады так и не произошла. Решение этого вопроса — прерогатива в том числе и парламента, и оно может быть реализовано через досрочные парламентские выборы. В контексте же региональных выборов постановка такого вопроса — очевидное заигрывание с обществом, которое в массе своей, конечно, долго не думая, поддержит сокращение депутатского корпуса, принимая во внимание непопулярность парламента как института.
Вопросы о свободных экономических зонах и о Будапештском меморандуме — это очевидная попытка привлечь внимание, с одной стороны, тех, кто выступает за мир, а с другой стороны — национал-патриотической части общества. Но в реальности решение ни одного из этих вопросов не лежит в плоскости опроса, и скорее всего, какой бы ответ не был получен, на практике он не будет иметь значения. Тем более, что, скорее всего, значительная часть общества просто не до конца представляет, что являет собой Будапештский меморандум, и тем более — свободная экономическая зона. В сентябре 2020 г. создание на Донбассе свободной экономической зоны частично или полностью поддерживали 22,4% украинцев. Большинство из тех, кто определился, оказались против — 35,8% украинцев в целом не одобряют эту инициативу. Об этом свидетельствуют данные опроса компании «Info sapiens». По данным опроса, 41,8% респондентов не дали чёткий ответ на вопрос о создании свободной экономической зоны на Донбассе.
Что же касается ужесточения наказания за коррупционные преступления, то эксплуатация этой темы также представляется проявлением популизма. В том виде, в котором вопрос сформулирован, он может привлечь внимание и вызвать желание ответить положительно. Но сразу возникают два дополнительных вопроса — что сделала власть для искоренения коррупции за 15 месяцев управления страной; и в какой мере ужесточение наказания при несовершенной судебной системе может быть реально введено и действовать, не став средством сведения счётов.
Наконец, ещё одним важным аспектом в этом контексте является вопрос о роли опросов и референдумов в Украине. Само использование инструментов прямой демократии, безусловно, позитивно. В украинской экспертной среде, например, нередки дискуссии о том, какие вопросы выносить на референдум и стоит ли поднимать неоднозначные и больные темы (вопросы войны и мира, Минских соглашений и т.д.). Но как раз такие вопросы Зеленский и не поставил, ограничившись второстепенными. При этом закон о референдуме в стране не принят во втором чтении, и остаётся не до конца понятным, как будет осуществляться опрос президента и будет ли обеспечен корректный подсчёт. Вопросы, поставленные Зеленским, таким образом, направлены, главным образом, на увеличение явки на местных выборах (именно высокая явка в условиях коронакризиса выгодна правящей партии), а также на привлечение к голосованию молодёжи.
Тем не менее, нельзя не отметить, что это интересный политтехнологический ход, который до некоторой степени может компенсировать фактически провальную кампанию «Слуги народа» на местах — и не только через увеличение явки, но через изменение медийной повестки и перехвата главенствующей роли в ней у региональных элит. Кроме того, выступление Зеленского с вопросами вводит в выборный процесс фактор президента как субъекта политического действия, а следовательно, его рейтинг, который всё же до сих пор остаётся довольно высоким (34,6%), снова брошен на алтарь борьбы. О состоянии рейтинга президента, к слову, свидетельствуют результаты исследования, проведённого социологической группой «Рейтинг».
Зеленский может потянуть вверх рейтинг «Слуги народа», хотя и не в такой степени, как перед парламентскими выборами прошлого года. Сегодня нельзя сбрасывать со счетов ту серьёзную критику инициативы Зеленского в СМИ (прежде всего на телеканалах). Вопрос о легализации наркотиков может вызвать острую реакцию общества — например, вероятно, этот вопрос вызовет отторжение у людей старшего поколения. Тем не менее на данном этапе можно спрогнозировать, что какое-то, пусть и не определяющее, влияние на поддержание рейтинга «Слуги народа» опрос окажет; и это может дать партии возможность претендовать на первое место среди общенациональных партий. 42% украинцев положительно отнеслись к идее президента о проведении всенародного опроса в день выборов, против оказались 22%, нейтральны — 33%. Лучше всего идею опроса восприняла возрастная категория 18-29 лет — 45% «за», а также жители юга (в поддержку здесь выступили 46% респондентов) и востока страны (43%), а также Донбасса (45%). С этой точки зрения ход Зеленского выглядит довольно адекватным логике предвыборной кампании, которая сложилась для «Слуги народа» весьма непросто, но с точки зрения стабильности института президентства и роли института референдума, предложение президента по меньшей мере спорно.
Предвыборный партийный расклад
Что касается общенациональных украинских партий, то среди планирующих принять участие в голосовании и определившихся с выбором украинцев, по данным «Рейтинга», 15,6% поддерживают партию «Слуга народа». За партию «Оппозиционная платформа — За жизнь» готовы проголосовать 11,5% украинцев, за «Европейскую солидарность» — 11%, «Батькивщину» — 8%, партию «За майбутне» — 5,9%.
С одной стороны, эти показатели, конечно, говорят о том, что от 43% поддержки, полученных «Слугой народа» на выборах летом 2019 года, не осталось и следа. Рейтинг партии падает заметно быстрее, чем рейтинг Зеленского, и этот процесс можно приостановить только тактически. Стратегически и после выборов он будет продолжать падение, не говоря уже о том, что в случае плохого результата «Слуги народа» вероятность расколов в партии вполне вероятна. Особенно опасны в этом контексте демарши отдельных групп — Богдана, Коломойского, Павлюка. В более отдалённой перспективе это делает вполне возможной реализацию сценария досрочных парламентских и даже президентских выборов.
Ещё одна важная тенденция состоит в том, что Украина, в некоторой степени объединённая победой «Слуги народа», начинает вновь «расползаться» по политико-географическому принципу. Конечно, следует учитывать, что несмотря на рост популярности ОПЗЖ и «Европейской солидарности», они остаются нишевыми политическими партиями. Но ниши эти расширяются, отнимая голоса у «Слуги народа». Особенно это касается запада страны, где в некоторые облсоветы, (например, в Тернополе и Львове) «Слуга народа» рискует не попасть вовсе. Так, поляризация усиливается, но тревожное положение для партии власти складывается и в центре страны. Там (как и в ряде районов Центральной Украины) прочно укоренившаяся на местах с точки зрения партийной структуры «Батькивщина» начинает отнимать голоса. Ещё один вызов — новые политические проекты и прежде всего — партия «За майбутнє», которая хотя и не может претендовать на общенациональное покрытие, но, например, на Волыни и в Черкассах добьётся достойного результата. Всё это позволяет некоторым экспертам говорить о перспективах раскола «Слуги народа» и образования фракции «За майбутнє», а также о потенциальном приходе Палицы (за которым, очевидно, стоит Коломойский) на пост премьер-министра.
Конечно, существует и ряд факторов, способных сыграть против такого сценария, но то, что позиции нынешнего премьер-министра Шмыгаля оказались довольно шаткими, едва ли спорно. И это, к слову, даже несмотря на то, что его отставка на фоне второй волны коронавируса и неспособности медицинской системы эффективно противостоять ей уже не повлияет на рейтинг Зеленского, как это было после отставки Гончарука. В любом случае, потенциально высокий результат «За майбутнє» также работает против партии власти. Кроме того, обращает на себя внимание Партия Шария, которая в ряде городов юга и востока страны продолжает занимать высокие позиции. Хотя от неё не стоит ожидать ошеломительного успеха, она в полной мере реализует запрос части общества на политическую антисистемность, то есть запрос, который уже не может в полной мере выполнить «Слуга народа».
Усиление региональных элит
При всей важности процессов децентрализации на Украине, характерно, что в отличие от региональных элит (за исключением, может быть, городского главы Днепра [Днепропетровска] Филатова, выступающего больше в рамках политической повестки) в рамках коммунальной и местной повестки национальные политические партии скорее ведут кампанию в стиле избирательной кампании в Верховную Раду. Местная проблематика в этом контексте играет второстепенную роль.
Однако далеко не только борьба общенациональных партий приковывает к себе внимание сегодня. Ключевой тенденцией стало усиление региональных элит. Да, единой партии мэров создать не удалось (идея изначально выглядела несколько утопичной), принимая во внимание сложность союзов и разницу интересов. Тем не менее едва ли не в большинстве регионов страны именно местные элиты формируют сегодня политические проекты, которые лидируют в предпочтениях избирателей за неделю до выборов. Партии вроде «Пропозицiї» хоть и не могут претендовать на значение в общенациональном масштабе, являясь скорее политтехнологическими проектами, всё же в том же Днепре [Днепропетровске], Кропивницком [Кировограде] занимают довольно серьёзные позиции. Очень прочные позиции, несмотря на болезнь, у мэра Харькова Кернеса, победившего в первом туре выборов. Довольно предсказуемы итоги выборов и в ряде других городов — например, в Чернигове, где мэра Атрошенко поддерживают 75% жителей, и в несколько меньшей степени — в Одессе.
Таким образом, местные региональные элиты, формируя свои политические проекты в контексте очень сложной, по сути — гибридной, избирательной системы (где партийные выборы с открытыми списками проводятся в более крупных населённых пунктах, существует гендерная квота, а система подсчёта затруднена), становятся реальной самостоятельной силой, с которой властям в Киеве так или иначе придётся договариваться. С другой стороны, сами представители региональных элит при всех рисках ползучей феодализации страны, которую мы можем наблюдать в отдельных районах уже сегодня, понимают, что без центра в условиях коронакризиса и социально-экономического кризиса им не обойтись.
Вопрос в том, кто и какое значение будет играть в таком симбиозе центра и регионов. Пока региональные элиты явно чувствуют своё преимущество и сомнительно, чтобы псевдореферендум Зеленского стратегически изменил такое положение дел. Конечно, власти пытаются ограничить влияние своих оппонентов — чего стоит, например, запрет на проведение выборов в ряде подконтрольных Украине районов Донбасса (формально — по решению военно-гражданских администраций, а фактически — по указанию Офиса президента) или попытка проведения закона о столице. Последний выходит за рамки, определённые конституцией Украины, а также вмешивается в компетенцию органов местного самоуправления, выделяя Киев в фактически отдельную автономную единицу, а также направлен на ограничение полномочий будущего вероятного победителя местных выборов в Киеве Кличко.
• • •
Результат местных выборов на Украине в целом предсказуем. Партия «Слуга народа» продемонстрирует серьёзное падение популярности, однако говорить о её тотальном поражении не приходится. Борьба развернётся не только за мэрские кресла, но и за коалиции в местных советах, где «Слуга народа» будет бороться за вступление местных властей в коалицию с ней. Последние же, обладая зачастую франшизами, через разные политические силы стремятся не допустить этого.
Помимо такого усиления региональных элит, наблюдается и рост активности практически всех оппозиционных партий. И это тоже определяет общий вектор на снижение популярности партии власти. Тем более, против власти фактически работает большинство СМИ и прежде всего — телеканалов. Местные выборы пройдут в условиях коронакризиса, что может оказать влияние на явку, и здесь изменить положение дел призван опорос, инициируемый Зеленским. Он, однако, является, прежде всего, политтехнологическим ходом и не имеет юридической силы.
Местные выборы подводят итог под более чем годовалым электоральным периодом, но одновременно с этим закладывают очень серьёзные мины под сложившуюся конфигурацию власти — как с точки зрения того, что проходят они в период обострения противоречий внутри команды власти (например, между Офисом президента и спикером парламента), а также внутри самого Офиса президента (между его главой и его заместителями), в условиях продолжающегося размывания фракции «Слуга народа» в Верховной Раде. Это влечёт за собой риск переформатирования монобольшинства после выборов и ставит острее вопрос о перспективе досрочных парламентских выборов. Они при падении рейтингов, хотя, на первый взгляд, и не выгодны президенту и его чем дальше, тем более разношёрстной команде, но при определённых обстоятельствах (даже при складывании, вероятно, гораздо более сложной коалиции в будущем парламенте) могут стать определённой гарантией сохранения — пусть и на худших условиях —власти и выигрыша времени.»
○ Александр Гущин. Эксперт online. 20 октября 2020